website templates free download


Аннотация: По прошествии 17 лет со дня вступления в силу КоАП РФ, учитывая значительный объем внесенных в него изменений, назрела необходимость научного переосмысления положений Кодекса и критической оценки эффективности действия его норм, в том числе в контексте развития в отечественном административном праве институтов крайней необходимости, необходимой обороны, обоснованного риска, физического или психического принуждения, исполнения приказа или распоряжения. Ключевые слова: крайняя необходимость, необходимая оборона, обоснованный риска, физическое или психическое принуждение, исполнение приказа или распоряжения. Административное право рассматривает крайнюю необходимость как одно из обстоятельств, исключающих производство по делу об административном правонарушении.

Юрист на рабочем месте

При этом само определение понятия крайней необходимости мало чем отличается от понятия, предусмотренного в уголовном законодательстве России или зарубежных стран1 . Юридическая природа крайней необходимости выражается в том, что при наличии события и состава административного правонарушения в деянии лица (т.е., когда деяние формально по своим объективным и субъективным признакам попадает под состав административного правонарушения, предусмотренный нормами особенной части Кодекса об административных правонарушениях (далее-КоАП РФ2 )) отсутствует его противоправность как атрибутивный признак административного правонарушения по определению ч. 1 ст. 2.1 КоАП РФ. Состояние крайней необходимости возникает там, где сталкиваются два охраняемых законом интереса и сохранение одного (более важного) достигается принесением в жертву другого (менее важного)3 . Анализ институтов крайней необходимости в уголовном и административном праве России позволяет сделать вывод об идентичности их юридической сущности, о чем также свидетельствуют понятия крайней необходимости в Уголовном кодексе РФ (далее-УК РФ4 ) (ст. 39)5 и КоАП РФ. Вместе с тем, дефиниция крайней необходимости в уголовном праве более детально раскрывает юридическую сущность указанного института, способствует реализации правового принципа справедливости. Поскольку в УК РФ в отличие от КоАП РФ используется понятие превышения пределов (условий правомерности) крайней необходимости. Законодатель создает условия для наиболее точной и справедливой квалификации действий (бездействия) лица, содержащих признаки состава преступления, но направленных на защиту охраняемых законом прав и интересов, вводит более четкий критерий их противоправности.

Устанавливая смягчающее уголовное наказание обстоятельство в виде совершения преступления при нарушении условий правомерности, в том числе крайней необходимости (п. «ж» ч. 1 ст. 61 УК РФ), законодатель полагал, что пренебрежение при назначении наказания тем обстоятельством, что виновное лицо, совершая преступление, стремилось защитить охраняемые законом права и интересы (пусть и чрезмерно опасным способом), является нарушением правового принципа справедливости. Глава 8 УК РФ содержит и иные обстоятельства, исключающие преступность деяния, а именно необходимая оборона, причинение вреда при задержании лица, физическое или психическое принуждение, обоснованный риск, исполнение приказа или распоряжения. Нарушения условий правомерности необходимой обороны, задержания лица, обоснованного риска, исполнения приказа или распоряжении в соответствии с п. «ж» ч. 1 ст. 61 УК РФ также являются смягчающими уголовное наказание обстоятельствами.

Согласно ст. 19 Кодекса РСФСР об административных правонарушениях (далее- КоАП РСФСР6 ) действия лица в состоянии необходимой обороны, т.е. при защите государственного или общественного порядка, социалистической собственности, прав и свобод граждан, установленного порядка управления от противоправного посягательства путем причинения посягающему вреда, если при этом не было допущено превышения пределов необходимой обороны не могли признаваться административным правонарушением и наряду с крайней необходимостью в порядке п. 4 ст. 227 КоАП РСФСР являлись обстоятельствами, исключающими производство по делу.7

Законодатель, разрабатывая КоАП РФ, не пошел по пути развития указанных положений КоАП РСФСР и приспособления их с учетом социальных и политических реалий. В УК РФ, напротив, перечень обстоятельств, исключающих преступность деяния, шире, чем в Уголовном кодексе РСФСР. Последний предусматривает только необходимую оборону и крайнюю необходимость (ст. 13, 14 УК РСФСР). Нарушение правового принципа справедливости можно показать смоделировав возможные жизненные ситуации: так, например, в действующем законодательстве об административных правонарушениях отсутствуют основания для освобождения лица, находящегося в состоянии физического или психического принуждения, допустившего потребление наркотических средств или психотропных веществ без назначения врача либо новых потенциально опасных психоактивных веществ (ст. 6.9 КоАП РФ) от административной ответственности. Кроме того, лицо, в случае умышленного уничтожения или повреждения чужого имущества в состоянии аффекта также по нормам действующего законодательства привлекается к административной ответственности. В этом, на наш взгляд, наблюдается серьезное нарушение конституционных прав граждан. Статья 45 Конституции РФ8 гарантирует гражданам государственную защиту их прав и свобод, предоставляя им право осуществлять самозащиту их прав любым не запрещенным законом способом. Эта конституционно-правовая норма обосновывает наличие института самозащиты в различных отраслях российского права, а в уголовно-правовом смысле – института необходимой обороны. Аналогичные положения встречаются и на международно-правовом уровне, в частности в статье 2 Европейской конвенции о защите прав

человека и основных свобод (в части защиты права на жизнь)9 . Таким образом, необходимая оборона носит естественный, неотъемлемый и неотчуждаемый характер, она рассматривается не только как правомерное, но и как социально-полезное, поощряемое законом поведение10 . Следует констатировать, что несмотря на некоторое улучшение криминогенной обстановки в стране, ситуация с защитой прав граждан все еще оставляет желать лучшего. Поэтому если государство в лице своих правоохранительных органов не может обеспечить своим гражданам защиту от противоправных посягательств, вполне логичным является законодательное признание права за гражданами осуществлять защиту своих прав посредством самообороны, если она носит необходимый характер. Поэтому привлечение к административной ответственности граждан, самих являющихся потерпевшими от противоправных посягательств, является абсурдным, противоречащим как общеправовым принципам, так и конституционным ценностям.

Человек, его права и свободы объявлены в государстве высшей ценностью (ст. 2 Конституции РФ). Поэтому привлечение к административной ответственности лица, осуществляющего самозащиту своих прав и не нарушившим пределы необходимой обороны, является необоснованным и непропорциональным ограничением конституционных прав и свобод граждан, выходящим за рамки конституционно установленных границ их ограничения (ч. 3 ст. 55 Конституции РФ). В силу этого нормы КоАП РФ. предусматривающие возможность привлечения лица к административной ответственности за деяния, совершенные в состоянии необходимой обороны, и некоторых иных (исполнение приказа, принуждение, обоснованный риск и т.д.) видятся несоответствующими Конституции РФ и требующими законодательного пересмотра.

Возвращению в законодательство института необходимой обороны при регулировании ответственности за административные деликты можно возразить, учитывая, что вышеуказанные противоправные деяния очень похожи на уголовно-наказуемые деяния, тем не менее, формально только последние, в виду прямого указания в законодательстве, являются общественно опасными. Однако множество авторов в области административного права считает, что если не все, то некоторые из административных правонарушений обладают признаками общественной опасности11. Иначе как объяснить такие поступки законодателя, которые одни и те же деяния переводят из разряда административно-наказуемых в разряд уголовно-наказуемых или наоборот, декриминализирует уголовные преступления, переводя их в разряд административных проступков (например, побои, оскорбление). В связи с этим можно согласиться с точкой зрения В.В. Лунева, что если преступления и иные правонарушения являются родственными асоциальными явлениями, то и грань между ними подвижна, условна, относительна, а отличительные признаки зачастую носят оценочный характер12 . Учитывая изложенное, можно сделать вывод, что действия (бездействие) лица, формально содержащие объективные и субъективные признаки состава административного правонарушения, предусмотренного нормами особенной части КоАП РФ, однако, совершенные, например, в состоянии необходимой обороны (обоснованного риска, физического или психического принуждения, исполнения приказа или распоряжения) будут являться административным правонарушением. При этом законодатель не предусмотрел и смягчающих административную ответственность обстоятельств, связанных с нарушением условий правомерности крайней необходимости.

Таким образом, во избежание случаев необоснованного и несправедливого привлечения к ответственности лиц, совершивших действия (бездействие), формально содержащее признаки состава административного правонарушения, в состоянии необходимой обороны, обоснованного риска, физического или психического принуждения, исполнения приказа или распоряжения, видится целесообразным расширить перечень обстоятельств, исключающих производство по делу об административном правонарушении (ч.1 ст. 24.5 КоАП РФ), установить критерии правомерности совершения административного правонарушения при указанных обстоятельствах и внести эти обстоятельства во 2 главу КоАП РФ. Кроме того, по аналогии с положениями УК РФ перечень обстоятельств, смягчающих а дминистративную ответственность, предусмотренный ч. 1 ст. 4.2 КоАП РФ, следует дополнить смягчающим обстоятельством в виде нарушения условий правомерности крайней необходимости (необходимой обороны, обоснованного риска, физического или психического принуждения, исполнения приказа или распоряжения).

Литература: 1. Конвенция о защите прав человека и основных свобод (Заключена в г. Риме 4 ноября 1950 г.) (с изм. от 13.05.2004) // Бюллетень международных договоров. № 3. 2001. 2. Конституция Российской Федерации. М. 2018. 3. Кодекс Российской Федерации об административных правонарушениях от 30.12.2001 № 195-ФЗ (ред. от 02.12.2019) //Собр. законодательства РФ. 2002, № 1 (ч. 1). Ст. 1. 4. Уголовный кодекс Российской Федерации от 13.06.1996 № 63-ФЗ (ред. от 04.11.2019)// СЗ РФ. 1996. № 25. Ст. 2954. 5. Кодекс РСФСР об административных правонарушениях, утв. ВС РСФСР 20 июня 1984 г. (ред. от 20.03.2001)//Свод законов РСФСР. Т. 8. с. 401. 6. Бахрах Д.Н. Административное право России. М.: НОРМА, 2000. С. 489. 7. Глушкова Е.М. Понятие «крайняя необходимость» и «превышение пределов крайней необходимости» // Гуманитарные, социально-экономические и общественные науки. 2016. №3. С. 100. 8. Ефимович А.А. О реальном обеспечении права на необходимую оборону правосудием // Российская юстиция. 2006. № 3. С. 45-47. 9. Лунев В.В. Юридическая статистика. М.: Юрист, 1999. С. 150.

Е. О. Цыцулина


Метки:


Мы очень признательны Вам за комментарии. Спасибо!

Комментарии для сайта Cackle

ПОДПИСАТЬСЯ

Ежемесячные обновления и бесплатные ресурсы.