website templates free download


В статье анализируется целесообразность реформирования Уголовного кодекса РФ путем использования однотипных терминов, связанных с некачественным оказанием медицинской помощи пациенту. Предлагается авторская позиция в части определения новых формулировок диспозиций уголовно-правовых норм через призму термина «качество оказания медицинской помощи».

Актуализируются взгляды ученых на процесс конструирования уголовного закона путем употребления оценочных категорий. Ключевые слова: врачебная ошибка, дефект оказания медицинской помощи, оценочный термин, ятрогения, уголовно-правовая норма, уголовный закон. Galyukova, M. I. Problems of knowledge and use of evaluative concepts in the design of crimes against health of the patient. The article analyzes the feasibility of reforming the Criminal code of the Russian Federation by using the same type of terms associated with poor quality of medical care to the patient. The author’s position on the definition of new formulations of criminal law dispositions through the prism of the term «quality of medical care» is proposed. The views of scientists on the process of construction of the criminal law through the use of evaluation categories are updated. Keywords: medical error, defect of medical care, evaluation term, iatrogeny, criminal law, criminal law. Оценочные понятия применяются законодателем при конструировании уголовного закона и «служат главным образом для более полного обеспечения соответствия между регулятивным воздействием и изменяющимся в той или иной мере объектом регулирования.

Они необходимы для включения в сферу уголовно-правового регулирования достаточно большого числа разнообразных явлений, имеющих уголовно-правовое значение и характеризующее способы совершения преступлений, масштабы преступной деятельности, общественно опасные последствия и т. д.».1 Применительно к процессу конструирования составов преступлений против здоровья пациента, мы с сталкивается с такими оценочными понятиями как «врачебная ошибка», «ятрогения», «несчастный случай в медицине», «врачебная халатность». Все эти понятия не получили ни законодательного, ни судебного толкования и являются исключительно предметом оценки правоприменителя. Содержание этих понятий «определяется правосознанием лица, которое применяет соответствующую норму, исходя из конкретных обстоятельств уголовного дела.

Однако уровень правосознания и профессиональной подготовленности практических работников не одинаков».2 «Содержание правосознания различается в зависимости от преобладания в нем познавательного (когнитивного) компонента, профессиональной принадлежности его субъектов и других факторов. В частности, деятельность по расследованию преступлений, рассмотрению и разрешению уголовных дел по существу, по поверке законности и обоснованности приговоров, постановлений и определений суда в апелляционном, кассационном и надзорном порядке требует такого правосознания, которое могло бы обеспечить полное, всестороннее и объективное установление всех обстоятельств совершенного преступления и правильной их квалификации».3 В связи с этим, представляется абсолютной правильной позиция Следственного комитета РФ по созданию отдельного самостоятельного отдела в сфере выявления и расследования «медицинских» преступлений.

Вместе с тем, отсутствие полноценной законодательной базы не позволяет в настоящее время правоприменителю адекватно и полноценно оценивать весь спектр действий, совершенных медицинскими работниками, а самое важное, давать грамотную уголовно-правовую квалификацию содеянного. По нашему глубокому убеждению, Уголовный закон РФ нуждается в дополнении специальными нормами, ориентированными на защиту прав пациента. В первую очередь, в защите нуждается право на оказание профессиональной медицинской помощи. К сожалению, пока законодатель остается прямо ориентированным на общественную позицию, которая контролируется, в большей части медицинским сообществом.

Позиция представителей Национальной медицинской палаты однозначна – «нет уголовной ответственности за врачебные ошибки», и это при том, что профессиональный уровень самого медицинского сообщества является крайне низким, а внутри системы здравоохранения отсутствует эффективный механизм противодействия надвигающейся лавине грубых профессиональных «ляпов», вызывающих у пациентов острое чувство необходимо обращения за защитой к государству в лице правоохранительных органов и судов. «Весьма интересно отношение самих врачей к врачебной ошибке. В результате опроса врачей, проведенного нами в одной в крупных клиниках г. Челябинска, мы вывели универсальный ответ на вопрос: Ваше отношение к врачебной ошибке?»: Ошибки были есть и будут, мы же не роботы, поэтому стоит ли на них обращать такое пристальное внимание. У каждого врача есть свое кладбище. Пациенты теперь заточены на то, чтобы поймать врача на ошибке и получить за это деньги с медучреждения.

Родственники начали зарабатывать на смерти родственников. Самое страшное то, что если врач действительно допустил ошибку и она подтверждена, то все близкие и дальние родственники сразу же идут в суд, чтобы взыскать с учреждения компенсацию морального вреда, хотя может они и никогда и не испытывали к умершему каких-либо чувств.4 Опыт рассмотрения гражданских дел по делам о компенсации морального вреда за некачественное оказание медицинской помощи, позволяет сделать однозначный вывод – врачи не готовы признать факт врачебной ошибки, даже если она подтверждена заключением судебной экспертизы. В некоторых случаях, врача искренне не понимают почему они ошиблись и даже не делают попытку проанализировать свои действия, явно приведшие к смерти пациента. Таким образом, медицинское сообщество не готово нести ответственность за свои проступки, консолилированность медицинского сообщества в совокупности, к сожалению, во многих случаях, с ярко выраженной деградацией личности врача, приводит к тому, что введение уголовной ответственности за «врачебную ошибку» будет являться мощным превентивным механизмом от непрофессиональных действий врачей и медицинских работников. Подчеркну, что в данном контексте речь идет о той прослойке медицинских работников, которые не считают необходимым соответствовать положительному имиджу врача (среднего медицинского персонала), сформировавшегося во времена Гиппократа. Сотрудники в белых халатах честно и добросовестно выполняющие свой профессиональный долг, напротив, при помощи уголовно-правового механизма должны быть защищены от необоснованного уголовного преследования. Безусловно, бездумное введение уголовной ответственности за врачебные ошибки, только для того, что пополнить внутренний резерв Уголовного кодекса РФ является нецелесообразным. Вопрос о том, как правильно построить уголовный закон, – это не только техническая проблема, но и важная задача уголовно-правовой науки.

Важно правильно найти баланс соотношения формального и оценочного при построении нормы, «поскольку излишне оценочная норма, так же, как и излишне формализованная, порождает трудности на практике, ибо она очерчивает лишь контуры преступного деяния, оставляя за следователем и судьей право установить его действительное содержание».5 По мнению Н.Л. Радаевой «общим требованием к законодательному стилю является требование связности и последовательности. Текст уголовного закона, как оконченная смысловая единица, может называться таковым, если он взаимосвязан и согласован, логически выдержан и отвечает требованиям строгости изложения нормативноправового материала. Игнорирование этих требований порождает трудности, возникающие при квалификации преступлений, и как следствие – ошибки при применении уголовного закона».6 Напомним, что ядром уголовно-правового языка является терминология, что все термины подразделяются на три вида: общеупотребительные, юридические и технические. Основными правилами употребления терминологии являются – единство, общепризнанность, понятность, устойчивость.7 При изложении содержания уголовно-правовых предписаний законодатель использует абстрактный и казуистический, а также формальный и оценочный языковые приемы.8 По мнению Ф. Жени, истинный законодатель должен «отвлекать себя от чистой казуистики и создавать постановления, достаточно широкие для того, чтобы охватить всю совокупность конкретных отношений, имеющих между собой общие черты и поддающихся выражению в одной формуле».9

М.Д. Шаргородский писал, что «излишние подробности в тексте закона усложняют использование им и с точки зрения технической делают закон неудовлетворительным».10 В целом считается, что абстрактный прием присущ высокой ступени развития законодательной техники. Например, С.С. Алексеев, отметил, что «абстрактный прием изложения нормативного материала соответствует более высокому уровню юридической культуры и развития науки».11 Дело в том, что уголовно-правовая норма, содержащая оценочные элементы всегда абстрактна. «С теоретической точки зрения норма уголовного права только тогда будет полной, когда в ней правильно сочетаются элементы формализма и оценки. Очевидно, что создание безупречных юридических конструкций не всегда представляется возможным. Современные исследователи признают использование оценочных понятий в уголовном законе неизбежным.12 Уменьшение числа используемых оценочных понятий возможно только в результате совершенствования законодательной техники на основе опыта правоприменительной деятельности и достижений юридической науки».13

И если использование оценочных понятий при конструировании составов преступлений против здоровья пациента это объективная необходимость, то вопрос заключается только в том, какой степени обобщенности должен достигать законодатель, пытаясь дать определение оценочному понятию. Так как любое «самое обобщенное понятие может выглядеть весьма конкретным с позиций другого более абстрактного понятия. Очевидно, степень обобщенности, абстрактности связана, выражаясь математическим языком, с полнотой системы, если под последней считать норму права. В математике вся система считается полной, если ее постулаты дают все, что нужно для некоторой цели. Переводя эту формулу на язык юриспруденции, можно сказать, что закон с точки зрения его содержания и формы является полным, когда он может быть верно применен ко всем без исключения случаям, ради которых издан. Степень его абстракции зависит от сложности и разнообразия случаев, которые он призван регулировать. Чем сложнее и многоообразнее сфера регулирования закона, тем абстрактнее может быть закон».14 «Правовые понятия – это своеобразный и обязательный элемент, используемый законодателем при конструировании и изложении уголовно-правовой нормы. Они связаны с выражением единообразия в правовом регулировании, которое отражает требование принципа равенства всех перед законом и судом. Это единообразие заключается в том, что правовые понятия обеспечивают одинаковое понимание уголовного закона, придают ему ясность, четкость, логическую связность, что служит правильному пониманию его применения в целях противодействия преступности. Оценочные понятия помогают правоприменителю правильно и перспективно учитывать социально-политическую обстановку, разнообразие конкретных жизненных обстоятельств, способствуют правовой инициативе, самостоятельности, творческому подходу в реализации норм уголовного права».15 С позиций теории квалификации содержание нормы уголовного права должно максимально точно соответствовать содержанию преступного деяния.

Давайте разберемся, насколько целесообразно вводить уголовную ответственность именно за «врачебную ошибку». Врачебная ошибка считается наиболее противоречивым явлением правового осмысления уголовноправовой науки. При этом следует отметить, что «до настоящего времени в юридической и медицинской науке не выработано общее понятие профессионального преступления, совершенного медицинскими работниками, равнозначно принятое как юристами, так и медицинскими работниками. Законодательный провал относительно определения понятия «профессиональное преступление медицинского работника», отсутствие нормативно закрепленных четких рассматриваемого деяния и, как следствие, проблемы следственной и судебной практики заставляют нас рассмотреть существующие определения понятий, относящиеся к профессиональным преступлениям, совершенным медицинскими работниками при исполнении своих должностных обязанностей».16 «Вопрос об ответственности врачей за свои ошибки, – пишет Ю.С. Замульнин, – имеет многовековую историю – он так же стар, как и сама медицина».17 «Историки продолжают спорить до сих пор, кому принадлежит выражение, ставшее крылатым, «errare humanum est» («человеку свойственно ошибаться»). Одни считают, что его написал в V веке до нашей эры древнегреческий поэт Еврипид в трагедии «Ипполит», другие уверяют, что это был Цицерон — знаменитый трибун Древнего Рима. Как бы то ни было, у всех народов во все времена существовали сходные выражения».18

«Врачебная ошибка – это избрание медицинским работником опасных для жизни или здоровья пациента методов и средств диагностики и лечения, вызванное незнанием либо самонадеянным игнорированием специальных юридически значимых требований, предъявляемых к профессиональному поведению в сложившейся ситуации».19 Наряду с термином врачебная ошибка, который насчитывает уже порядка 170 различных интерпретаций, появились и другие термины: ятрогения «(ятрогенный симптом, ятрогенный синдром, ятрогенное заболевание, ятрогенная болезнь отдаленного периода), ятрофизиогения (неблагоприятное влияние на больного проведения лечебных и диагностических процедур). Синонимами врачебной ошибки также является дефект в проведении лечебно-диагностических мероприятий, дефектная работа медиков, надлежащая и ненадлежащая работа врачей».20 Также употребляется термин – адекватное оказание медпомощи (может иметь как благоприятный, так и неблагоприятный исход).

На наш взгляд, все эти термины являются без перспективными, в плане формулирования новых норм, направленных на уголовно-правовую охрану здоровья пациента. Данная позиция, аргументируется тем, что количество попыток научной интерпретации всех этих понятий, в отсутствии нормативноправовых предписаний, позволяющих точно детерминировать все вышеуказанные категории, уже привело к информационному хаосу. Единственным правильным решением является оставить данные понятия, как, впрочем, и существующие уже научные классификации ятрогенных преступлений, в историческом кластере и перейти к созданию единой системы деяний, направленных на защиту здоровья пациента. Ключевыми стартовыми понятиями должно стать: «качество оказания медицинской помощи», и «некачественное оказание медицинской помощи вследствие ненадлежащего исполнения своих профессиональных обязанностей», «дефект оказания медицинской помощи».

В настоящее время нет ни одного признанного официально метода измерения дефекта оказания медицинской помощи, но существует законодательная база и Приказ Министерства здравоохранения РФ от 10 мая 2017 г. № 203н «Об утверждении критериев оценки качества медицинской помощи», позволяющие определить ключевые точки, от которых можно отсчитывать абсолютный идеал правильности оказания медицинской помощи. Как мы уже писали ранее: «Сотрудникам правоохранительных органов сложно проводить предварительное расследование, поскольку контроль за качеством оказания медицинской помощи требует значительных временных затрат. Наиболее оперативным и эффективным вариантом контроля пока остается экспертная оценка. Но подобные экспертизы (о правонарушениях медицинских работников) – одни из самых сложных, ввиду того, что нет достоверных методов выявления и оценки причинно-следственных связей между лечебнодиагностическими мероприятиями и неблагоприятным исходом».21 Оценка качества медицинской помощи предполагает всесторонний анализ лечебно-диагностического процесса с точки зрения взаимодействия врача и больного, постановки диагноза, а также других этапов оказания медпомощи. Тем не менее, если грамотно разграничить (в том числе и на законодательном уровне) процессуальные и уголовно-правовые вопросы, связанные с качеством оказанной медицинской помощи пациенту, то возможно сформировать полноценный самостоятельный институт уголовного права – Преступления против здоровья пациента, направленный на охрану и сохранение полноценного здоровья каждого человека, переступающего порог медицинского учреждения от непрофессионализма современных эскулапов.

Библиографический список: 1. Алексеев, С. С. Проблемы теории права / С.С. Алексеев. – М : Изд-во БЕК, 1995. – Т. 2. – 320 с. 2. Векленко, В. В., Галюкова, М. И. Истязание и пытка: уголовно-правовой анализ / В.В. Векленко, М.И. Галюкова // Уголовное право. – 2007. – № 4. – С. 15–18. 3. Витер, В. И., Поздеев, А. Р., Гецманова, И. В. Экспертная и юридическая оценка неблагоприятных исходов при расследовании профессиональных правонарушений медицинских работников : монография / В.И. Витер, А.Р. Поздеев, И.В. Гецманова; под ред. Г.А. Пашиняна. – Ижевск, 2007. – 380 с. 4. Волков, К. А. Судебный прецедент и его роль в регулировании уголовно-правовых отношений : дис. … канд. юрид. наук : 12.00.08 / Волков Константин Александрович. – Хабаровск, 2002. – 179 с. 5. Галюкова, М. И. Особенности уголовной ответственности медицинских работников за причинение вреда здоровью человека : учебное пособие / М.И. Галюкова; М-во внутренних дел Российской Федерации, Омская акад. – Омск : Омская акад. МВД России, 2008. – 54 с. 6. Галюкова, М. И. Уголовно-правовая оценка дефектов оказания медицинской помощи [Электронный ресурс] / М.И. Галюкова // Российский судья. – 2008. – № 12 // Center-Bereg.ru : юридический портал. – URL : http://center-bereg.ru/f1299.html. 7. Гармышев, Я. В. Особенности установления оценочных понятий при квалификации отдельных видов преступлений / Я.В. Гармышев // Российский следователь. – 2015. – № 19. – С. 35–39. 8. Давыдов, Р. А. Преступления против жизни и здоровья личности, совершенные медицинскими работниками по неосторожности: типичная информация о личности преступника / Р.А. Давыдов // Бизнес. Образование. Право. – 2012. – № 1 (18). – С. 245–249. 9. Жени, Ф. Законодательная техника в современных гражданско-правовых кодификациях : по поводу столетнего юбилея французского гражданского кодекса. Окончание / Ф. Жени; пер. с фр. // Журнал Министерства юстиции. – 1906. – № 9 (ноябрь). – С. 147–177. 10. Зальмунин, Ю. С. Врачебные ошибки и ответственность врачей (по материалам Ленинградской судебно-медицинской экспертизы) : автореф. дис. … канд. мед. наук. – Л., 1950. – 12 с. 11. Иванов, Н. Об унификации оценочных признаков уголовного закона / Н. Иванов // Российская юстиция. – М. : Юрид. лит., 1996. – № 4. – С. 17–18. 12. Ковалев, М. И. Советское уголовное право. Курс лекций. Выпуск 2. Советский уголовный закон : учебное пособие / М.И. Ковалев; Отв. за вып.: Семенов В.М. – Свердловск : Изд-во Свердл. юрид. ин-та, 1974. – 226 c. 13. Кострова, М. Б. Система законодательной техники и язык уголовного закона / М.Б. Кострова // Системность в уголовном праве : материалы II Российского Конгресса уголовного права, 31 мая – 1 июня 2007 г. – М., 2007. – С. 213–214. 14. Кудаков, А. В. Врачебная ошибка и ее уголовно-правовая оценка : дис. … канд. юрид. наук : 12.00.08 / Кудаков Александр Владимирович. – Саратов, 2011. – 185 с. 15. Лопашенко, Н. А. Еще раз об оценочных категориях в законодательных формулировках преступлений в сфере экономической деятельности / Н.А. Лопашенко // Уголовное право. – 2002. – № 2. – С. 42–45. 16. Никитина, И. О. Преступления в сфере здравоохранения : законодательство, юридический анализ, квалификация, причины и меры предупреждения : дис. … канд. юрид. наук : 12.00.08 / Никитина Илона Олеговна. – Нижний Новгород, 2007. – 270 с. 17. Радаева, Н. Л. Лингвистические основания толкования уголовного закона и квалификации преступлений : автореф. дис. … канд. юрид. наук : 12.00.08 / Радаева Наиля Люкмановна. – Волгоград, 2004. – 29 с. 18. Соловьев, О. Г. О приемах законодательной техники, используемых при описании объективной стороны налоговых преступлений / О.Г. Соловьев // Налоговые и иные экономические преступления : сб. науч. ст. Вып.5 / под ред. Л.Л. Кругликова. – Ярославль, 2002. – С. 62–73. 19. Степанюк, О. С. К вопросу о формулировке определения оценочного понятия уголовного закона / О.С. Степанюк // Научные ведомости Белгородского государственного университета. Серия: Философия. Социология. Право. – 2007. – № 1. – С. 195–201. 20. Сучков, А. В. Анализ дефиниций понятия «врачебная ошибка» с целью формулирования определения «профессиональные преступления медицинских работников» [Электронный ресурс] / А.В. Сучков // Медицинское право. – М. : Юрист, 2010. – № 5 (33). – С. 45–50. 21. Тимошенко, И. В. Дефинирование понятийного аппарата как один из способов минимизации оценочных категорий законодательства об административной ответственности / И.В. Тимошенко // Известия ТРТУ. – 2006. – № 10 (65). – С. 222–228. 22. Шаргородский, М. Д. Техника и терминология уголовного закона / М.Д. Шаргородский // Советское государство и право. – 1948. – № 1 (январь). – С. 58–65.

Галюкова Мария Игоревна


Метки: ,


Мы очень признательны Вам за комментарии. Спасибо!

Комментарии для сайта Cackle

ПОДПИСАТЬСЯ

Ежемесячные обновления и бесплатные ресурсы.