Судебная практика – это совокупность решений судов (в первую очередь высших) по различным категориям дел, играет роль вспомогательного источника права, восполняя пробелы, существующие в законодательстве.
Люди практически каждый день покупают какие-либо товары и услуги, но не всегда эти покупки оказываются надлежащего качества. Рассказываем, как защитить свои права, если покупка оказалась плохого качества, и вернуть свои деньги.
Суд признал доказанным наличие оснований для привлечения учредителя Общества к
субсидиарной ответственности по обязательствам должника и взыскания убытков.
Ответчик, являясь единственным участником, а также директором Общества, мог и должен был в полной мере участвовать в его хозяйственной деятельности, имея механизм влияния на финансовую деятельность. Однако своим бездействием допустил наступление
неблагоприятных последствий в виде доначисления по результатам мероприятий налогового контроля суммы налога.
Через расчетные счета Общества на счета проблемных контрагентов были выведены денежные средства на сумму более 340 млн руб. в отсутствие реальных хозяйственных операций между ним и фиктивными контрагентами, штампы которых были изъяты в офисе налогоплательщика. Суд признал доказанным наличие причинно-следственной связи между несостоятельностью (банкротством) должника и неправомерными действиями (бездействием) его участника.
Согласно п. 1 ст. 1107 ГК РФ приобретатель неосновательно полученного или сбереженного имущества обязан возвратить или возместить потерпевшему все доходы, которые он извлек или должен был извлечь из этого имущества. Доходы возвращаются в натуре или возмещаются в денежной форме с момента, когда приобретатель узнал или должен был узнать о неосновательном обогащении.
Приобретатель при возврате реально полученных доходов, связанных с неосновательным обогащением и поступивших в его собственность, передает свое, но, по существу, не должное ему принадлежать чужое имущество. При возмещении доходов, которые он не получил, но должен был получить, неосновательно владея чужим имуществом (идеальные доходы), приобретатель отдает часть законно принадлежащего ему имущества. И в первом и во втором случае закон лишает приобретателя права собственности на денежные средства или натуральные доходы, применяя к нему меру ответственности. Ряд ученых считают, что есть определенное противоречие между п. 1 ст. 1102 ГК РФ (приобретатель должен передать потерпевшему все то, что он неосновательно приобрел) и п. 1 ст. 1107 ГК РФ (приобретатель вправе оставить у себя часть выгоды, полученной в виде доходов до момента, когда он узнал или должен был узнать о неосновательности приобретения)
В нормах гл. 60 ГК РФ законодатель строго придерживается правила о недопустимости получения имущественной выгоды без надлежащего правового основания и в ст. 1108 ГК РФ учитывает ситуацию, когда неосновательное обогащение возникло на стороне потерпевшего.
Такое возможно в случае произведенных приобретателем за счет собственного имущества необходимых затрат на содержание и сохранение имущества, подлежащего возврату как неосновательно приобретенное (сбереженное). Затраты приобретателя становятся для него убытком, а для потерпевшего — приращением имущества.
Требование приобретателя о возмещении убытка, связанного с произведенными затратами, подлежит удовлетворению при доказанности определенных обстоятельств, предусмотренных ст. 1108 ГК РФ, а именно: возмещению подлежат только затраты, понесенные с момента, когда приобретатель узнал или должен был узнать о неосновательности обогащения, т. е. узнал (должен был узнать) о существовании истинного собственника имущества, который должен нести бремя содержания имущества (отсылка в ст. 1108 ГК РФ к ст. 1107 ГК РФ)1 ; затраты возмещаются при условии возврата потерпевшему имущества (или возмещения его стоимости при несохранности имущества в натуре) (отсылка в ст. 1108 ГК РФ к ст.ст. 1104 и 1105 ГК РФ)2 ; затраты возмещаются, если приобретатель умышленно не удерживал имущество, подлежащее возврату3 . Необходимо иметь в виду, что у добросовестного приобретателя, имеющего право на возмещение затрат, есть право удержания подлежащей возврату неосновательно полученной вещи (абз. 1 п. 1 ст. 359 ГК РФ), если потерпевший эти затраты не возмещает.
Несмотря на то что, как было отмечено ранее, в ряде указанных в законе случаев убытки возмещаются не в связи с нарушением субъективного гражданского права, в большинстве случаев убытки возмещаются именно как мера ответственности за нарушение субъективного абсолютного или относительного права. Такой способ защиты права является краеугольным камнем всей системы защиты частных прав и всего частного права в целом. По умолчанию любое нарушение гражданского права дает право на взыскание убытков. В стране, в которой убытки возмещаются редко и не созданы условия для их эффективного взыскания, нормальное функционирование частного права под большой угрозой. Связано это с тем, что, во-первых, возмещение убытков позволяет обеспечить ключевое для частного права проявление идеи справедливости – так называемую корректирующую (коммутативную) справедливость, которая требует восстановления нарушенного имущественного баланса. Если в результате нарушения права у пострадавшего лица возникают убытки, и они не возмещены правонарушителем, наше чувство справедливости восстает против такого развития событий.
Другим классическим основанием для взыскания убытков является нарушение должником своего обязательства. «Нарушение обязательства» – это оборот речи. Нарушается обязанность, входящая в предмет обязательственного правоотношения как относительного правоотношения, в котором этой обязанности должника что-либо сделать или не делать противопоставляется право требования (притязание) кредитора. Обязательство может проистекать из договора, односторонней сделки, деликта, неосновательного обогащения и иного основания, указанного в законе. Чаще всего убытки взыскиваются на практике в связи с нарушением договорного обязательства. Поэтому многие ассоциируют правила гл. 25 ГК РФ с договорной ответственностью, но это не совсем корректно, так как данные правила касаются случаев возмещения убытков при нарушении обязательства, а последнее может проистекать из различных оснований.
Ситуация с односторонней сделкой более или менее очевидна. Если, например, лицо связало себя обязательством в результате совершения односторонней сделки (например, выдало независимую гарантию), оно отвечает за убытки при нарушении своего обязательства. Далее попробуем разобраться с кондикцией. С одной стороны, из неосновательного обогащения возникает именно обязательство. С другой стороны, правила об обязательствах применяются к кондикционным обязательствам, если иное не следует из закона или существа обязательства (п. 2 ст. 307.1 ГК РФ). Можно ли из существа кондикционных обязательств вывести невозможность взыскания убытков в дополнение к собственно кондикционному требованию, если обогатившееся лицо уклоняется от удовлетворения такого требования? Вряд ли. Видимо, нет оснований блокировать возможность взыскания убытков в случае неправомерного уклонения обогатившегося лица от возмещения неосновательного обогащения. Другой вопрос состоит в том, когда мы констатируем нарушение кондикционного обязательства и возникает дополнительное охранительное обязательство по возмещению убытков. Видимо, речь тут должна идти о моменте, когда обогатившееся лицо узнало или должно было узнать о неосновательности своего обогащения и получило требование о его возврате. Если обогащение в такой ситуации не возвращается, налицо нарушение права кредитора, и возникают условия для привлечения обогатившегося лица к ответственности в виде возмещения убытков (в большинстве случаев без ущерба для самого основного кондикционного требования). Что касается деликтного обязательства, то встает вопрос о том, являются ли убытки, возникающие в связи с отказом от добровольного удовлетворения требования потерпевшего о возмещении вреда согласно гл. 59 ГК РФ, неким дополнительным охранительным обязательством по возмещению убытков уже согласно правилам гл. 25 ГК РФ, или такие убытки должны увеличивать объем убытков, возмещаемых в рамках деликтной ответственности.
Норма п. 2 ст. 328 ГК РФ предусматривает правовой режим отказа от договора в ситуации, когда должник свое обязательство еще не нарушил, но возникли обстоятельства, очевидно свидетельствующие о том, что такое нарушение произойдет в будущем. Речь, конечно же, идет о таких ситуациях, при которых будущее нарушение не предопределено, но наступит с очень высокой вероятностью. При этом предвидеться должно именно существенное нарушение договора, которое, в случае если бы оно произошло, давало бы кредитору право на расторжение договора.
Статья 431.2 ГК РФ закрепляет ответственность стороны договора за предоставление недостоверных заверений об обстоятельствах другой стороне в связи с заключением договора.
Заверение – это утверждение о фактах, которые либо были в прошлом, либо имеются на момент предоставления заверения. Предоставление заверения является своеобразной сделкой (условием договора), в которой одно лицо гарантирует другому лицу достоверность неких имеющих значение для заключаемого между ними договора обстоятельств и берет на себя бремя возмещения убытков, которые могут возникнуть у другой стороны в случае, если такие заверения окажутся ложными. Основной инструмент такой ответственности – возмещение убытков, но из закона следует и целый ряд других средств защиты (взыскание неустойки, отказ от договора, оспаривание сделки и др.). Заверения могут касаться как объекта предоставления по договору (например, заверения в отношении характеристик общества, акции или доли которого продаются), но в таких ситуациях заверения в большинстве случаев перетекают в фиксацию предмета обязательства через установление гарантии соответствия передаваемого или подлежащего передаче в будущем имущества описанным в заверениях характеристикам, а следовательно, взыскание убытков будет строиться на основании общих правил об ответственности за нарушение обязательства (условий о качестве). Покупатель в этом случае сможет воспользоваться не только механизмом взыскания убытков, но и иными средствами защиты, закрепленными в правилах ГК РФ о купле-продаже и ответственности продавца за качество товара (включая положение ст. 475 ГК РФ о праве требовать соразмерного снижения цены при передаче дефектного товара). Если продавец заверяет покупателя о том, что подлежащая продаже машина не была в аварии, такое утверждение о факте по умолчанию подразумевает и обязательство продавца передать через оговоренный срок машину, которая не была в аварии. То же касается и ситуации предоставления продавцом заверений в отношении налоговой задолженности компании, акции или доли которой продаются (п. 34 Постановления Пленума ВС РФ от 25 декабря 2018 г. № 49).
Так как обязательство по возмещению убытков является денежным, оно может быть зачтено к встречному денежному обязательству той или иной правовой природы. Современная российская судебная практика не устанавливает требование определенности размера зачитываемого долга в качестве условий допустимости зачета. Поэтому такой зачет возможен даже тогда, когда размер обязательств по возмещению убытков не подтвержден ни судебным актом, ни соглашением сторон. Если должник по обязательству возместить убытки не согласен с тем, какую сумму убытков представила к зачету другая сторона, такой должник может обратиться в суд и потребовать довзыскания с заявителя зачета соответствующего излишка.
Например, если покупатель, получивший товар, обнаружил дефект, поручил его устранить третьему лицу, а затем уменьшил свой отсроченный платеж цены договора на сумму понесенных убытков, заявив в отношении соответствующей части своего долга зачет, это вполне законно. Но если поставщик считает, что у него не было обязательства по возмещению убытков (например, не было дефекта в товаре или он освобождается от ответственности по тем или иным основаниям), либо что размер его обязательства меньше, чем та сумма, которую учел покупатель при заявлении зачета (например, часть затрат не обоснована и не подтверждена, покупатель нарушил требования по митигации убытков по ст. 404 ГК РФ, имеется смешанная вина, требующая снижения размера убытков), он вправе заявить к покупателю иск о довзыскании всей или части зачтенной части цены. Если он убедит суд в своей правоте, заявленный покупателем зачет в части соответствующего «излишка» будет ретроспективно лишен юридической силы (ст. 180 ГК РФ), в этой части долг покупателя окажется непогашенным. В итоге покупатель окажется ретроспективно в просрочке по оплате соответствующей части цены,
суд взыщет с него эту часть, а также может взыскать и проценты годовые или пени за просрочку платежа, необоснованно не внесенного в связи с «избыточным» зачетом. Более того, договор может предусматривать механизм автоматического засчитывания сумм возникающих и подлежащих погашению убытков к телу долга другой стороны. Например, в договоре аренды может быть предусмотрено, что арендная плата автоматически (без необходимости какого-то волеизъявления) снижается на суммы убытков, которые возникают у арендатора в связи с выявлением тех или иных дефектов в арендованном имуществе. В то же время здесь следует иметь в виду, что в силу ст. 411 ГК РФ не допускается зачет требования о возмещении вреда жизни и здоровью. Необходимо учесть, что российское банкротное право блокирует зачет после введения наблюдения в рамках дела о банкротстве против одной из сторон (п. 1 ст. 63 Закона о банкротстве), за исключением деривативов и ряда иных финансовых сделок, по которым в силу ст. 4.1 того же Закона при определенных условиях допускается ликвидационный неттинг. Эта очень острая проблема российского права может быть решена (если не вносить поправок в закон) путем телеологической редукции данного запрета и его неприменения к тем ситуациям, когда взаимные денежные обязательства вытекали из одного правоотношения и возможность такого зачета входила в рамки программы договорных отношений. Если встречный денежный долг приобретен у третьих лиц или возник случайно и никак не связан с договором, из которого возник другой долг, допустимость зачета может обсуждаться, хотя и здесь вызывает у многих юристов серьезные сомнения.
Гражданское право – это сфера господства политики корректирующей (коммутативной) справедливости. Оно пытается найти баланс в экономических отношениях, восстанавливая попранный status quo при деликтах за счет присуждения денежной компенсации, направленной на исправление несправедливости, возникшей в результате посягательства. Также оно способствует реализации добровольных сделок, опосредующих эквивалентный обмен экономическими благами, в том числе путем защиты позитивного договорного интереса в форме присуждения денежной компенсации, вручающей кредитору денежный эквивалент обещанного и компенсирующей иные невыгоды, возникшие в результате нарушения. Гражданское право не пытается, как правило, дать пострадавшему больше, чем нужно, дабы защитить соответствующий попранный интерес пострадавшего.
Декларируемый в п. 1 комментируемой статьи принцип полного возмещения убытков должен применяться в системной взаимосвязи с п. 5 ст. 393 ГК РФ. Данной нормой предусмотрено, что убытки должны доказываться с разумной степенью достоверности. Этот пассаж предполагает отход от господствовавшего в российской судебной практике долгие годы подхода, согласно которому убытки должны быть доказаны практически с абсолютной степенью достоверности, и суд отказывает во взыскании, если убытки не доказаны до копейки. Разумная степень достоверности предполагает, что размер убытков доказан в том случае, когда истец продемонстрировал суду, что данные убытки возникли с той степенью вероятности, которая соответствует применимому гражданскому стандарту доказывания (с разумной степенью вероятности).
На это прямо указывает п. 6 Обзора судебной практики по делам, связанным с изъятием для государственных или муниципальных нужд земельных участков в целях размещения объекта транспорта, утвержденный Президиумом ВС РФ 10 декабря 2015 г.: «При установлении размера упущенной выгоды судами принимался во внимание тот доход, который с разумной степенью вероятности был бы получен правообладателем участка, если бы он продолжил его использование исходя из тех условий, которые имели место до принятия административного решения об изъятии» (курсив наш. – А.К., В.Б.). Если стандарт доказывания соблюден, остающиеся у суда определенные сомнения в точности расчета суд может игнорировать. Соответственно, от кредитора не требуется доказывать свои убытки с точностью до копейки – убедительного, но приблизительного расчета достаточно.
